Пусто. И там и тут. И тут и там.

Высказывая мысли вслух, трудно удержаться от соблазна поговорить с самим собой.

Наконец, собираюсь встать. «Ну, давай!» – командую. Но тут же останавливаюсь. «Подожди», – говорю себе. «Почему я должна подчиняться этому приказу? Ведь я уже не та, кто это сказал секунду назад. И не та, кто слушал это. Я уже другая, кстати, а теперь уже другая даже по сравнению с той другой. И с этой другой, и с нынешней, и с будущей. Я меняюсь, пока говорю. Она меняется. Все мы меняемся».
 Мысль о вставании улетучилась, я всецело занята внутренним диалогом: «И вообще, как я вообще могу говорить себе? Это же абсурд. Если я говорю себе, то значит, что второй, слушающий, это не я. Или если я слушаю, то тот, говорящий, не я. Я же не могу одновременно говорить и слушать себя», – заключаю я.
 «Ах да, все дело во времени», – успокаиваюсь, но тут же понимаю, что это сказала не я. «И не я отрицаю это. Я лишь постоянно слежу за тем, кто выступает как я. Но наблюдаю и за тем, кто следит за мной. Подмечаю и следящего за следящим», – картина как-то проясняется.
 «Но сколько во мне существуют наблюдателей, каждый из которых имеет свое я? Лишь одна я», – говорю себе, и задумываюсь над этими двумя я. «Вернее, над тремя я – сказавшей, слушавшей и задумавшийся. Нет, над четырьмя – ведь сюда же добавился и обобщивший все это, то есть я. А теперь и пятый, шестой, седьмой…».
«Это что – реальность или сон? А кто его знает? Одно могу сказать: есть нечто такое, что объединяет все эти я и тем самым делает всех нереальными: я».